# Изложение Учения Православной Церкви О Божией Матери

Святитель Игнатий Брянчанинов

Изложение учения Православной церкви о Божией Матери. Составлено Святителем Игнатием Брянчаниновым.

Изложение это составлено в Ставрополе кавказском, вследствие желания некоторых лиц общества, в котором тогда предметом суждений был новый догмат папистов.

## Составлено. Святителем. Игнатием Брянчаниновым. Изложение. Учения Православной Церкви. О Божией Матери


Божия Матерь, Приснодева Мария есть высшее существо из всех сотворенных разумных существ, несравненно высшее самых высших Ангелов, Херувимов и Серафимов, несравненно высшее всех святых человеков. Она — Владычица и Царица всей твари, земной и небесной. Она — Приснодева, то есть, до рождения ею Богочеловека — Дева, в рождении Его — Дева, по рождении Его — Дева. Имя Мария дано ей по велению Божию, и значит Госпожа [[2]].

К уразумению достоинства Богоматери, к уразумению его в том величии, в каком оно исповедуется православной Церковью, руководствуют точные и подробные понятия о непостижимом деянии всемогущего Бога: о вочеловечении Бога-Слова.

Предвечное Слово — Сын Божий — силой творчества Своего составил Себе плоть в утробе Девы: зачался Богочеловек, и родился Богочеловек. Сын по Божественному естеству соделался сыном и по естеству человеческому. Родился от Девы Иисус Христос, одно Лицо в двух нераздельных и неслитных естествах, Божеском и человеческом. Божеское естество, несмотря на Свою беспредельность, не уничтожало естества человеческого, и человеческое естество, несмотря на свое неслитное существование, нисколько не стесняло беспредельности естества Божественного. Такое чудное соединение, принимаемое верой и рождаемым ею духовным разумом [[3]], непостижимое для разума плотского и душевного, произведено всемогуществом Божества.

Вочеловечившийся Господь имел все принадлежности человека: дух, душу и тело. Именем духа обозначается разумная часть человека: его ум, его мысль, его словесные сердечные ощущения, чуждые естеству зверей и скотов, общие естеству человеческому и ангельскому. Собственно душа выражается в жизненной силе; душе свойственны желание или воля, и энергия или естественный гнев, не переходящий в раздражительность. Эти свойства видим и в животных. Человеческий дух Христов упражнялся молитвой и изложением словами человеческими слова Божия; душа Христова выражала радость, скорбь, гнев, томление; тело Христово зачалось, родилось, питалось, возрастало, утруждалось, ощущало голод и жажду, упокоевалось сном, страдало, было распято и погребено, воскресло. По нераздельности естеств во всех случаях, когда проявлялось естество человеческое как бы действующим исключительно, — содействовало ему нераздельно и неразлучно, хотя и неслитно, естество Божие, действуя сообразно себе.

Таким образом, хотя зачался во утробе Девы человек, но он в самом зачатии уже был и Бог; хотя родился от девы человек, но вместе родился и Бог; возрастал, вкушал пищу, утруждался от пути, был связан в саду Гефсиманском, ударяем по ланитам, ударяем жезлом по главе, увенчан терновым венцом, распят человек, но вместе и Бог. Таким образом, Апостолы были очевидцами, учениками, посланниками Бога [[4]]; Иуда Искариотский предал Бога [[5]]; архиереи иудейские и Пилат суть богоубийцы [[6]]; Приснодева есть Божия Матерь. По нераздельности естеств в одном лице, совершавшееся относительно одного естества неизбежно относилось и к другому.

При зачатии Богочеловека, от человечества заимствована одна половина его — Дева; семя мужчины, обыкновенно оплодотворяющее утробу женщины, отвергнуто. Причина этого ясна. Род человеческий тотчас по сотворении первых человеков получил способность размножаться [[7]]. Эта способность осквернена грехом вместе с прочими способностями в самом корне своем — в праотцах: следовательно она, производя людей, в самом обряде производства сообщает им греховный яд, как пророк Давид по внушению Святого Духа исповедал от лица всего человечества: в беззаконниих зачат есмь [[8]].

Способ зачатия, сообщавший с жизнью греховность, не мог быть употреблен при зачатии Богочеловека, предназначенного в искупительную Жертву за человечество. Жертва за греховность человечества долженствовала быть чуждой греха, вполне непорочной. Этого мало: она долженствовала быть безмерной цены, чтоб могла искупить человечество, виновное пред бесконечным Богом, невыкупимое, следовательно, никакой ограниченной ценой, как бы эта цена ни была велика. Естество человеческое соделало Богочеловека способным быть Жертвой, а естество Божеское дало этой Жертве безмерную цену.

Бог-Слово для принятия человечества заменил действие семени мужеского творческой силой Бога. «Сын Божий, говорит святой Иоанн Дамаскин, из пречистых и девственных кровей образовал Себе начаток нашего естества, плоть, оживленную душой словесной и разумной, но образовал не из семени, а творчески» [[9]]. Для достойного зачатия предуготовлена была и Дева.

Дева, о зачатии которой возвестил Ангел молящимся и оплакивающим свое неплодие родителям, которая соделалась плодом слезных молитв и постов, которая была дщерью праведников, которая ими посвящена от самого рождения Богу, и сама по настроению духа своего посвятила себя всецело на служение Богу, — Дева была уже сама по себе сосудом весьма чистым. Чистота Девы тем была неприкосновеннее для ощущений чувственных, что ум Ее, постоянно направленный и прилепленный к Богу, даже не сходил к помышлениям о браке. Это засвидетельствовала она Архангелу, благовестившему ей зачатие и рождение Сына [[10]]. Сосуд чистый, предуготованный Богом при посредстве святых человеков и святых Ангелов, сосуд чистый, предуготовленный собственным настроением, еще был предочищен Святым Духом к принятию всесвятого, невещественного семени Слова. Когда Дева вопросила Архангела о образе зачатия и рождения для безмужней, — он объяснил Ей этот образ так: Дух Святый найдет на тя, и сила Вышняго осенит тя [[11]]. Силой названо Слово. Слово Божие есть вместе и Сила Божия и Премудрость Божия [[12]]; вся Тем — Словом — быша, и без Него ничтоже бысть, еже бысть [[13]].

Низошел Дух Святой на чистую Деву, и еще ее очистил. Чистая по собственному состоянию тела и духа, соделалась чистейшей от творческого всесильного действия, произведенного в ней животворящим, очищающим, обновляющим, изменяющим, претворяющим Свои сосуды. Духом Божиим. Чистая Дева соделалась Пречистой, чуждой всякой скверны помышляемой и ощущаемой, соделалась благодатно-чистой, Духоносной, Божественной Девой. В такой обновленный и Богоукрашенный сосуд, стяжавший от действия в нем Святого Духа способность и достоинство приять в себя Бога-Слово, низошло Слово-Бог, сделалось во утробе Девы и семенем, и плодом, вочеловечилось [[14]]. «Святый Дух, говорит Иоанн Дамаском, сошел на нее, очистил ее, и даровал ей способность как принять в себя Божество Слова, так и родить. Тогда приосенил ее, как бы Божественное семя. Сын Божий» [[15]]. Пречистая Дева принесла свою чистейшую кровь в дар от всего человеческого рода Семени-Слову, для зачатия Богочеловека.

Дева, зачав и родив Бога и человека в одном Лице, соделалась Матерью Бога в точном смысле, потому что рожденный ею был Бог, хотя вместе и был человек. «Как не Богородица та, восклицает святой Иоанн Дамаскин, которая родила воплотившегося от нее Бога?» [[16]] Дева, соделавшись Матерью Бога, уже естественно соделалась Госпожой, Царицей и Владычицей всей разумной твари, земной и небесной; но вместе с сим она пребывает тварью и рабой Сына и Бога своего. Родив Жертву за все человечество, Она родила эту Жертву и за себя, как принадлежащая к человечеству. Сын ее есть ее Бог. Творец, Господь, Искупитель и Спаситель [[17]].

Когда Бог произносил в раю приговор над падшими первыми двумя человеками. Он произнес и обетование, что Семя жены сотрет главу змея [[18]]. О семени мужа умолчано в обетовании; сокрушение владычества греховного над человечеством приписано исключительно Семени жены. С приближением времени, в которое долженствовал явиться на землю Искупитель, пророчество о образе Его явления произнесено яснее. Даст Сам Господь вам знамение: Се Дева во чреве приимет, и родит Сына, и наречеши имя Ему Еммануил [[19]], предвозвестил пророк Исаия событие вочеловечения за семь столетий до события. Точно: дивное знамение, Богом дарованное знамение, которое не могло и на мысль придти человеку! Сверхъестественное знамение, которое изобрел и дал Сам Господь и Творец человеческого естества, применив законы естества, соделав Деву Марию, а Себя, Господа и Творца всех видимых и невидимых тварей. Плодом ее чрева! Увлеченный гордостью Адам возмечтал в раю соделаться Богом. Он покусился татебно и насильственно похитить Божество у Божества, усвоить бесконечное ограниченному при посредстве ухищрения и усилия слабосильной твари.

Погибла тварь при попытке привести в исполнение замысел дерзновенный, безумный. Не постигла она. бесконечной благости Божией, способной даровать твари не только преимущество естеств ангельского и человеческого, но и самое Божество Свое, насколько тварь способна к принятию такого дара. Тщетными, убийственными были замысел и покушение праотцев: преподает Божество Свое человечеству, пожелавшему Божества, Сам Бог, воплотившись от Девы, приняв зрак раба и твари, причастившись естеству разумных созданий, чтоб соделать их способными причаститься Божественному естеству [[20]]. Приимите даруемое без зависти! приимите даруемое неизреченной благостью! приимите неспособное быть похищенным ни при посредстве татебного ухищрения, ни при посредстве насилия хищнического! По той гордости, по которой вы захотели собственным усилием и коварством бессовестным похитить и присвоить себе неприкосновенное и неприступное Божество, не отвергните великой почести, не откажитесь ради достоинства скотов и диаволов от достоинства богов, которое принес вам на землю, в плачевную юдоль вашего изгнания, Сам Бог, смирившийся до плоти и родившийся от Девы!

Богочеловек имел естество человеческое вполне непорочное, но ограниченное. Оно было ограниченное: ограниченное не только той ограниченностью, с которой человек создан, но и той, которая гораздо в большей степени явилась в естестве человека по его падении [[21]]. Богочеловек не имел греха, вовсе был непричастен греху, даже в самомалейших его видах: естественные свойства Его не были изменены, как в нас, в страсти [[22]]; свойства эти находилась в Нем в естественном порядке, в постоянном подчинении духу, в управлении духом, а дух находился в постоянном управлении Божества, соединенного с человеком. Богочеловек имел свойство печалиться и скорбеть; но печаль никогда не овладевала Им, как случается с нами, а постоянно была управляема духом.

Господь огорчился смертью Лазаря, пролил при гробе его слезы [[23]]. Господь плакал о Иерусалиме, предрекая разрушение его за отвержение им Мессии [[24]]. Господь допустил в Себе такое предсмертное томление в саду Гефсиманском, что это состояние души Его названо в Евангелии подвигом и смертельной скорбью. Оно сопровождалось таким страдальческим напряжением тела, что тело дало из себя и пролило на землю пот, которого капли были подобны каплям крови [[25]]. Но и при этом усиленном подвиге тяжкая скорбь находилась в покорности духу, который, выражая вместе и тяжесть и скорби и власть свою над скорбью, говорил: Отче Мой, аще возможно есть, да мимоидет от Мене чаша сия; обаче не якоже Аз хощу, но якоже Ты [[26]]. Богочеловек имел свойство гнева; но гнев действовал в Нем, как святая душевная сила, как характер, как энергия, постоянно сохраняя достоинство человека, никогда не обнаружив никакого увлечения. Господь выразил Свое негодование тем, которые не допускали к Нему детей [[27]]; Он подвигся гневом на ожесточенных и ослепленных фарисеев, дерзнувших хулить явное Божие чудо [[28]]. Необыкновенное, поразительное владение гневом, при употреблении этой силы в движение, созерцается при тех страшных обличениях, которые произносил Господь Иудеям [[29]].

Величественное духовное зрелище представляют собой человеческие свойства Христовы во время Его страданий за человечество; Господь, во все продолжение этих страданий, пребывает постоянно верным Самому Себе; ни на минуту не явились в Нем ни разгорячение, ни восторг, обыкновенно одушевляющие земных героев; ни на минуту не явились в Нем многословие и красноречие этих героев; ни на минуту не выказалась в Нем никакая переменчивость; постоянно действовала в Нем неколеблющаяся, равная сила, без ослабления и без напряжения; эта сила постоянно выражала и могущество свое и подчиненность святой власти, руководившей ею. Если кто вникнет в характер Иисуса Христа при разумном чтении Евангелия, тот по одному этому характеру исповедует Иисуса Богом, как исповедал Его Богом апостол Петр единственно за Его слово жизни [[30]]. Такого характера, постоянно и вполне свободного и открытого, постоянно одинакового, никогда не увлекающегося, не изменяющегося ни от укоризн, ни от похвал, ниже пред лицом убийц и смерти, — такого другого характера между характерами человеческими — нет.

Богочеловек был вполне чужд одного из свойств нашего падшего естества: Он был вполне чужд — не по устройству тела, но по ощущению души и тела — того свойства, которое до падения нисколько не было ощущаемо, ощущено немедленно по падении, потом развилось, соделалось естественным падшему естеству. Адам, сотворенный бесстрастно из земли, Ева, заимствованная бесстрастно из Адама, сообразно бесстрастному началу бытия своего, были бесстрастны. Они до того были бесстрастны и невинны, что при ближайшем содружестве и непрестанном обращении друг с другом, не нуждались в одежде, даже не понимали наготы своей, несмотря на то, что непрестанно видели ее [[31]].

Богочеловек зачался от действия Святого Духа! Слово составило Себе плоть во утробе пречистой Девы! Бог соделал плоть Свою, в самом зачатии ее, Божественной, способной к ощущениям единственно духовным [[32]] и Божественным. Хотя свойства плоти Богочеловека были человеческие, но вместе все они были обоженные, как принадлежащие одному Лицу, которое — Бог и человек. По этой же причине человеческие свойства Богочеловека были вместе и естественны а сверхъестественны в отношении к человеческому естеству.

Святость плоти Бога и Господа была бесконечно выше святости, в которой сотворена плоть твари — Адама. Очевидно, что зараза, которую источает человеческое падение во всех человеков посредством унизительного зачатия по подобию зверей и скотов, зачатия во грехе, здесь не могла иметь никакого места, потому что не имел места самый способ зачатия, то есть, не имело места то средство, которым сообщается греховная зараза. Напротив того: как зачатие было Божественно, так и все последствия его были Божественны. — Богочеловек, как Искупительная Жертва, принял на себя все немощи человеческие — последствия падения — кроме греха, чтоб, искупив человечество, избавить его от бремени этих немощей, явить его в обновленном состоянии, явить его без тех немощей, которые привлечены в естество наше падением.

Богочеловек восприял и носил наши немощи произвольно, а отнюдь не был им подчинен необходимостью естества: будучи совершенным человеком, Он был и совершенным Богом, Творцом человеческого естества, неограниченным Владыкой этого естества. По этой причине Он являл Свое человечество так, как Ему было благоугодно. Иногда он являл Свое человечество в немощи естества падшего; утруждался, жаждал, принимал упокоение сном, был схвачен и связан в саду Гефсиманском, претерпел биение и поругание, был распят и погребен. Иногда Он являл человечество Свое в правах естества, с какими оно создано: ходил по водам; въехал в Иерусалим на необъезженном жеребце, на которого из человеков еще никто не садился; эта власть была первоначально достоянием Адама [[33]].

Иногда Господь являл Свое человеческое естество в том состоянии славы и величия, которое Он даровал человеческому естеству, совокупив в себе, в одном Лице, Божество и человечество, которого оно отнюдь не имело по сотворении, в самом состоянии невинности и бессмертия: это состояние величия и славы. Он явил дивными знамениями, преимущественно же явил избранным ученикам при преображении Своем, явил в такой степени, в какой они способны были видеть [[34]], а не в той, в какой оно есть.

Божество Богочеловека соединено неслитно, но вполне соединено с Его человечеством: Божество Богочеловека соединено с Его человеческим духом, с Его душой, с Его телом. Когда душа Христова разлучилась с телом Христовым посредством смерти, то Божество Христово пребыло неразлучным как с душой Его, так и с телом Его. Возглашет святая Церковь: Во гробе плотски, во аде же с душею яко Бог, в рай же с разбойником, и на престоле был еси, Христе, со Отцем и Духом, вся исполняяй Неописанный [[35]].

Тело Богочеловека имело необыкновенную стройность и красоту, как и воспел о Нем пророчественно праотец Его святой пророк Давид: красен добротою паче сынов человеческих [[36]]. Но телесная красота Богочеловека, отнюдь не производила на женский пол тех впечатлений, которые обыкновенно производит на него красота мужчин. Да будет отвергнута и проклята такая мерзостная и богохульная мысль, которая, однако, принята и произнесена еретиками [[37]]. Напротив того тело Христово исцеляло все страсти, и душевные и телесные. Каким свойством оно было проникнуто, такое свойство оно и сообщало. Оно всеобильно преподавало Божественную благодать всем, взиравшим на него, всем прикасавшимся ему, и мужчинам и женщинам. Сила от Него исхождаше, свидетельствует Евангелие, и исцеляше вся [[38]]. Елицы аще прикасахуся Ему, спасахуся [[39]]. Это то Божественное тело, о котором Сам Господь засвидетельствовал: Ядый Мою плоть и пияй Мою кровь во Мне пребывает, и Аз в нем [[40]].

Всякий православный и благочестивый христианин да представит себе непредставимое величие Божией Матери, носившей во чреве такое тело, потом носившей его в объятиях, продолжительнейшее время бывшей в ближайшем отношении к этому телу. По причине Божественности тела Христова, непогрешительно признать и назвать величие Божией Матери Божественным.

Тело Христово при погребении его положено было в тесную, искусственную пещеру, иссеченную в камне, то есть, в холме, составлявшем собой цельный камень. Пещера так тесна, что она названа в Евангелии гробом. Вход в нее так низок, что надо посредством него вползать в пещеру, приняв самое согбенное положение. По внесении во гроб тела Христова, ко входу в гроб был привален камень значительной величины [[41]]. Иудейские архиереи, опасаясь предсказанного Господом воскресения Его, и думая, что тело Христово подчинено тем же законам, которым обыкновенно подчинены тела человеческие, припечатали камень, заграждавший вход в пещеру, к наружности пещеры; сверх того они поставили при входе стражу.

Таким образом, по соображению человеческому, все препятствия неупустительно были совокуплены и устроены к тому, чтоб воспрепятствовать воскресению; все меры были приняты к тому, чтоб в случае воскресения тотчас же по воскресении погубить воскресшего насильственной смертью. Но Божественное тело воскресло, оставя и естественные препятствия и человеческие предосторожности неприкосновенными. Оно проникло сквозь толстое, цельное и твердое вещество пещеры; камень остался приваленным, печать нетронутой; пещера не дала трещины для свободного шествия воскресшему телу; стражи, поставленные для надзора и насилия, не сподобились ни ощутить воскресения, ни увидеть воскресшего. Уже по воскресении Христовом низшел Ангел, сломил печать, отвалил камень и возвестил совершившееся воскресение; стражи от одного видения Ангела попадали замертво на землю [[42]].

Божественное тело по воскресении проникло сквозь затворенную дверь к собранным Апостолам [[43]]. Оно не было узнано двумя учениками, шествовавшими в Еммаус; когда же они узнали его при преломлении хлеба, — оно внезапно соделалось невидимым [[44]]. Это тело в виду всех Апостолов отделилось от земли, начало возвышаться и проникать воздух как крылатое, скрылось от очей апостольских в недосягаемой высоте, вступило в небо [[45]]. На небе увидел его первомученик Стефан, будучи возведен к такому видению действием Святого Духа, и воскликнул: се! вижу небеса отверста, и Сына человеча одесную стояща Бога [[46]]. С такими сверхъестественными преимуществами явил, постоянно являл и являет Богочеловек Свое человеческое тело по воскресении. Эти преимущества нетленный, духовный венец, которым с справедливостью тело Богочеловека увенчано Им, как победившее и поправшее смертью смерть [[47]].

Не должно думать, чтоб тело Христово получило такие свойства только по воскресении [[48]]. Нет! Оно, как тело всесовершенного всегда имело их, а по воскресении лишь постоянно проявляло их. Доказывают то следующие события: Однажды в храме иерусалимском Господь Иисус Христос сделал указание на Свою предвечность по Божеству; Иудеи взялись за камни, чтоб побить Богочеловека, столь открыто объявившего им о Себе. Но Господь внезапно сделался невидим посреди их, и удалился из храма, пройдя между множеством врагов Своих [[49]]. В другой раз разъяренные жители города Назарета схватили Господа, учившего в их синагоге, и повели на вершину горы, на которой построен город, чтоб оттуда свергнуть вниз и убить; но Господь сделался невидим, и, вышедши из среды их, удалился [[50]]. Точно так поступил Господь и при рождении Своем: Он вышел из утробы Девы, не разрушив печатей девства, не разверзши дверей сего дивного храма Своего, как это предуведал Пророк, предвозвестивший в восторге видения своего: сия врата заключена будут, и не отверзутся, и никтоже пройдет ими, и будут заключена, и никтоже пройдет ими: яко Господь Бог Исраилев внидет ими, и будут заключена [[51]].

Святая Церковь воспевает в своих песнопениях Господу: «Явлейся Творец наш без семене от Девы воплотися, из гроба печати нерушив воскресе, и ко Апостолом дверем затворенным с плотию вниде» [[52]]. «Сохранив цела знамения (печати) Христе, воскресл еси из гроба, ключи Девы невредивый в рождестве Твоем» [[53]]. «Вся паче смысла, вся преславная твоя, Богородице, таинства, чистоте запечатанной и девству храниму. Мати позналася еси неложно, Бога родши истинного» [[54]]. «Прежде рождества Дева, и в рождестве Дева, и по рождестве пребываеши Дева» [[55]]. «Дерзающим глаголати, яко пречистая Дева Мария не бысть прежде рождества, в рождестве, и по рождестве Дева: анафема» [[56]].

Божественное тело Богочеловека зачалось Божественно и родилось Божественно. Дева совершила рождение, будучи во время рождения преисполнена духовной, святейшей радости [[57]]. Болезни не сопровождали этого рождения, подобно тому, как болезни не сопровождали взятия Евы из Адама. Они не могли иметь тут места, будучи одной из казней за первородный грех, а этот грех не имел тут места, потому что зачатие совершилось не только без участия мужеского семени, не только без всякого ощущения плотской сласти, но, в противоположность обычному зачатию, при наитии Святого Духа на Деву, при вселении Всесвятого Бога-Слова в утробу Девы. Безболезненность Девы при рождении Богочеловека очень ясно видна из простого и скромного повествования, которое читаем в Евангелии: Роди Сына своего первенца, поведает Евангелие о Богоматери, и повит Его, и положи в яслех [[58]]. Родила Дева, и немедленно приступает к служению: рожденного повивает, полагает в яслях, не нуждаясь при служении в посторонней помощи. Не нуждается в посторонней помощи, потому что не ощущает никакой болезни, никакого изнеможения, которые так свойственны женам, рождающим в грехе чад, зачатых в беззакониях, рождающим их уже убитыми вечной смертью и для вечной смерти. Божия Матерь родила Жизнь и Подателя жизни [[59]].

Божия Матерь, зачав и родив Богочеловека, соделалась превыше всех святых человеков и святых Ангелов. По объяснению преподобного Григория Синаита, Богоматерь была тем единственным словесным сосудом, в который Бог вселился самым существом Своим. Прочие святые человеку, хотя и соделываются по действию в них Святого Духа причастниками Божественного естества [[60]] и обителями Триипостасного Бога [[61]], но совершенно иным образом, нежели Богоматерь [[62]], которая одна прияла в себя Бога-Слово для Его вочеловечения. Такое приятие в себя Бога, очевидно, есть единственное, исключительное, беспримерное, недоступное ни для святых человеков, ни для святых Ангелов, принадлежащее одной Богоматери. Как Богочеловек для племени спасающихся избранников заменил Собой Адама, и соделался их родоначальником: так Божия Матерь заменила для них собою Еву, соделалась их матерью. Как Богочеловек есть Царь небесный. Царь всех человеков и Ангелов: так Богоматерь есть Царица небесная, Царица и человеков и Ангелов.

Божия Матерь родилась от святых и праведных родителей, Иоакима и Анны, была единственным плодом их супружества, испрошена многими молитвами и слезами; родилась после продолжительного неплодства родителей, родилась, будучи предвозвещена родителям Ангелом, родилась, когда родители были уже в весьма преклонных летах.

Обстоятельства рождения Богоматери очень сходны с обстоятельствами рождения святого Иоанна Предтечи, описанными в первой главе Евангелия от Луки. Рождение Иоанна святая православная Церковь воспевает так — «Восхвалим ныне Господня Предтечу, егоже священнику Елисавет роди, из ложесн неплодных, но не без семене. Христос бо един вместилище пройде непроходимо без семене. Иоанна неплоды роди, без мужа же сего не роди. Иисуса же, осенением Отца и Духа Божия, Дева роди чистая. Но бессеменному явися от неплодове пророк и проповедник, вкупе и Предтеча» [[63]].

Подобное этому святая Церковь умствует и исповедует о Божией Матери. Неплодная и состарившаяся Анна родила Иоакиму дщерь, а Богу Матерь, но родила не без семени: семя во утробу свою заимствовала от мужа, праведника и старца Иоакима. Рожденная от святых супругов Дева соделалась Богоизбранным и Богоосвященным сосудом, в который вселился Бог-Слово, в котором это Слово-Творец всего видимого и невидимого — благоволением Отца, при содействии Духа, послужило семенем при посредстве творческой силы Своей, вочеловечилось.

Родившийся от Марии Богочеловек соделал Деву Матерью, а Матерь сохранил Девой. Бог и Творец Девы соделался Ее Сыном, пребывая ее Богом и Творцом; соделавшись ее Сыном, Он соделался ее Искупителем и Спасителем. Первый Адам без участия жены произвел жену: Приснодева без участия мужа зачала и родила Нового Адама. При всем величии Божьей Матери, ее зачатие и рождение совершились по общему закону человечества; следовательно общее исповедание рода человеческого о зачатии в беззакониях и рождении во грехе принадлежит и Богоматери. Произнесла смиренная и благодатная Мария это исповедание во услышание вселенной! Ощущая присутствие вожделенного Спасителя в утробе своей, она от действия духовной, благодатной радости произнесла исповедание в следующих чудных и достопримечательных словах: величит душа моя Господа и возрадовася дух мой о Бозе Спасе моем: яко призре на смирение рабы Своея: се бо от ныне ублажат мя вси роди [[64]].

Богоматерь исповедует пред всем человечеством, в Евангелии, читаемом всеми человеками, что рожденный ею Бог есть вместе и ее Спаситель. Если же Бог есть ее Спаситель: то Она зачата и рождена во грехе по общему закону падшего человечества. Бог — Творец и Ангелов и человеков; но Он — Спаситель одних человеков; относительно Ангелов, не подвергшихся падению, Он — Господь их, но не Искупитель и не Спаситель. Признание Бога разумной тварью Спасителем есть вместе признание этой тварью своей собственной погибели. Зачалась и родилась Дева Мария в погибели, в падении, в узах вечной смерти и греха, родилась в состоянии, общем всему человеческому роду. Рождение ею Бога, Спасителя ее и всех человеков, доставило ей величие, превысшее величия безгрешных Ангелов, не вкусивших душевной смерти и не нуждавшихся в Спасителе.

Святые родители Богоматери, находившиеся в преклонных летах, смирившие плоть свою многими и продолжительными подвигами, не подверглись, следовательно, при супружеском совокуплении тем сильным страстным ощущениям, которые неизбежны для людей в цветущих летах и силе в настроении души, далеко отстоящем от того благочестивого настроения, в котором были праведные Иоаким и Анна. Однако совокупление их совершилось по общему порядку совокупления человеческого, по порядку, явившемуся после падения и вследствие падения. Богоматерь по зачатию и рождению своему соделалась причастницей первородного греха и греховного яда, которым в праотцах заразился весь род человеческий. Родившись от праведных родителей, Богоматерь проводила и сама жизнь самую праведную. Чистота и смирение были главнейшими ее добродетелями. — Она занималась непрестанно Богомыслием, молитвой, чтением и изучением Священного Писания. Она не только была непричастной всех смертных грехов, но и всякого дела и слова, явно противного Закону Божию, в котором она воспитана, который Она изучила и постоянно изучала.

Несмотря однако на праведность и непорочность жизни, которую проводила Богоматерь, до приятия вместе с Апостолами Святого Духа, доставившего ей христианское совершенство, грех и вечная смерть проявляли в ней свое присутствие и владычество. Доказательства этому видим в Евангелии. Так, до озарения Святым Духом, ум ее, подобно уму святых Апостолов, пребывал в омрачении, и Она не уразумела слов двенадцатилетнего Спасителя, сказанных ей в храме [[65]].

Святой Иоанн Златоустый, объясняя Евангелие, от Матфея главы 12-ой стихи 46-49-й, и от Иоанна главы 2-ой стихи 1-11-й, со всей удовлетворительностью показывает, каким образом ветхий человек обнаруживался и действовал в Божией Матери [[66]]. Вечная смерть и грех, насажденные в естество человеческое, не могли не проявляться. Таково точное и верное учение православной Церкви о Богоматери по отношению к первородному греху и к вечной смерти, заразивших и объявших весь род человеческий.

Сошествие Святого Духа на Приснодеву совершилось дважды. В первый раз низшел на нее Святой Дух после благовестия, произнесенного архангелом Гавриилом, очистил ее, чистую по человеческому понятию соделал благодатно-чистой, способной принять в себя Бога-Слово и соделаться Его Матерью. Девство ее запечатлено Духом: Она, доселе хранившая Себя чуждой от всякого помысла и ощущения сладострастного, соделалась неприступной для этих помыслов и ощущений. Таковой и подобало быть Деве, назначенной в служение Богу, несравненно ближайшее служение Херувимов и Серафимов. Она долженствовала не только зачать и родить Богочеловека, но и проводить всю жизнь в теснейших отношениях с Ним. Она кормила Его сосцами; на руках ее Он провел младенчество и детство, с ней Он провел юношество Свое до самого мужеского возраста, до тридцати лет, когда явил Себя миру обетованным Искупителем мира. Но и в течение трех лет с половиной, в которые Господь возвещал спасение человекам, Богоматерь весьма часто была при Нем, как можно заметить из Евангелия.

Святой Дух при первом наитии на пресвятую Деву соделал ее способной к такому высочайшему служению, достойной этого высочайшего служения. Во второй раз низшел Святой Дух на Деву в день Пятидесятницы, когда Он низшел на святых Апостолов, с которыми Богоматерь неразлучно пребывала по вознесении Господа на небо [[67]]. Тогда Святой Дух разрушил в ней владычество вечной смерти и первородного греха, возвел ее на высокую степень христианского совершенства, соделал ее новым человеком по образу Господа Иисуса Христа.

Господь, поправ смертию смерть и воскресив в себе и с Собою род человеческий, во-первых, даровал воскресение душой [[68]] Своей пречистой Матери и Своим Апостолам в день Пятидесятницы. Это воскресение душой святой Иоанн Богослов называет воскресением первым (из первого умерщвления, из умерщвления грехом), над которым смерть вторая, т. е. вечная погибель, уже не имеет власти [[69]]. Может быть, некоторым покажется непонятным, почему при первом наитии Святого Духа на Деву не совершилось разрушение в ней вечной смерти? Отвечаем: это разрушение вечной смерти было плодом искупления; прежде, нежели совершилось искупление, оно не могло иметь места. Так и святые Апостолы, хотя получили прежде обновления своего различные благодатные дары, как-то: исцеления недугов, изгнания бесов и воскрешения мертвых, но разрушение вечной смерти, переход от ветхого человека к новому, от состояния душевного к духовному совершился для них в день Пятидесятницы, был последствием искупления [[70]].

Из всего вышесказанною очевидна нелепость двух противоположных учений Запада, из которых учение папистов приписывает Божией Матери зачатие вне первородного греха, подобное зачатию Спасителя, а учение протестантов Деву не признает Приснодевой. Истина чужда всех преувеличений и умалений: она всему дает подобающую меру и подобающее место.

Не должно думать, что догмат о зачатии Божией Матери вне первородного греха (immaculata conceptio) есть современная новость у латинян. В настоящее время догмат только принят официально, провозглашен Папой. Бержье, писатель 18-го века, говорит: «По общему верованию католиков (папистов, латинян), Мария непричастна никакому греху. При слове conception immacule (нескверное зачатие) мы объяснили, что, хотя Церковь не решила формально того, чтоб Мария была непричастна первородному греху, однако это есть верование, основанное на Священном Писании и на постоянном Предании (церковном)» [[71]]. При слове conception immacule Бержье произносит то же учение еще решительнее. Он говорит: «По общему мнению католических богословов, святая Дева Мария, Матерь Божия, была предохранена от первородного греха, когда Она была зачата во утробе ее матери. Это верование основано на мнениях святых Отцов, достойнейших уважения». Каких же отцов приводит латинский писатель? — одних латинских, принадлежащих уже отпадшему Западу от Востока. Он приводит Тридентинский собор, определивший в 5-м заседании, что все дети Адама родятся оскверненными первородным грехом, но что это определение не распространяется на святую Деву; приводит собор Базельский в 1439-м году, собор Авиньонский в 1457-м году, которые признали это учение непогрешительным и принадлежащим Церкви.

Определение Базельского собора принято Парижским университетом, вследствие чего богословский факультет университета постановил в 1497-м году определение, по которому никто не мог быть удостоен степени доктора, если предварительно не обяжет себя клятвой исповедывать принятый догмат о Божией Матери.

Эти факты, нисколько не подтверждая учения папистов для сынов православной Церкви, показывают только то, что еретическое учение о Божией Матери вкралось, вслед за многими другими, в Западную Церковь более нежели за четыре столетия до нашего времени. Бержье в статьях своих для подтверждения нового догмата приводит двух писателей, принадлежащих первенствующей вселенской Церкви, Оригена и блаженного Августина, не сказавших, впрочем, ни слова о новом догмате.

Ориген в беседе 6-й на Евангелиста Луку говорит, что выражение благодатная в Писании употреблено только однажды по отношению к одной Марии. Но это нисколько не касается нового догмата папистов! это признано всей Церковью. Благодать Божия, как выше нами изложено и объяснено, полученная Приснодевой, несравненно превосходит и по качеству и по обилию ту благодать, которой удостоены прочие снятые человеку и которую имеют святые Ангелы.

Блаженный Августин (Liber de Natura et Gratia) говорит: «Мы знаем, что Она (Божия Матерь) получила обильную благодать к побеждению греха во всех его образах» [[72]]. И эти слова нисколько не подтверждают догмата папистов! Они противоречат ему: нуждается и может получить обильную благодатную силу к побеждению греха только тот, кто имеет внутри себя живущим и действующим грех.

Святая православная Церковь, как выше было изложено, всегда исповедывала и исповедует, что Святой Дух низшел на Деву чистую, низшел на невесту неневестную — так именует Церковь Божию Матерь, — соделал чистую пречистою, чистую по естеству соделал чистою превыше естества, благодатно-чистою, благодатною, получившей для питания своего и наслаждения благодать Святого Духа. Обильное вкушение Божественной благодати отчуждило Деву от плотской сладости, внушило к ней полное и решительное отвращение. Таковым подобало быть разумному храму Божию, духовному небу, престолу Божию, Его святая святых.

Ложная мысль обыкновенно влечет за собой цепь других ложных мыслей. Паписты, признав Божию Матерь чуждой первородного греха, признали ее чуждой всякого греха, вполне безгрешной [[73]], следовательно не нуждающейся ни в искуплении, ни в Искупителе. Заграждает уста слепотствующих умом еретиков и фанатиков сама благодатная Приснодева Богоматерь, исповедуя рожденного ею Бога Спасителем своим.

Паписты, приписывая Богоматери безгрешие, этим самым выказывают свое недоверие к всемогуществу Божию. Но православная Церковь прославляет всемогущество и величие Бога, соделавшего зачатую и рожденную во грехе несравненно высшею Херувимов и несравненно славнейшею Серафимов, никогда не познавших греха, постоянных в святости.

Величит душа моя Господа, и возрадовася дух мой о Бозе Спасе моем, произнесла благодатная Дева в ответ Елисавете, когда Елисавета по внушению Святого Духа провозгласила громким голосом, что Приснодева есть Матерь Бога [[74]]. Пресвятая Мария словами своими не только заграждает уста папистов, отнимающих для нее у Бога значение Спасителя, — заграждает уста протестантов, приписывающих ее духу услаждение не в Боге, а в плотском сладострастии.

В противоположность догмату папистов протестанты, заклятые враги новозаветного девства, утверждают, что святейший сосуд и храм Божий, Богоматерь, по рождении ею Богочеловека, нарушила девство свое, соделалась сосудом похоти человеческой, вступила с Иосифом в отношения жены, имела других детей. Мысль ужасная! Мысль вместе и скотская и демонская! Мысль богохульная! Она могла, родиться только в недре глубокого разврата! Ее мог произнести и может произносить только отчаянный и отверженный прелюбодей! Ее могут принять и усвоить себе одни те, которые столько низошли от образа и подобия Божиих к подобию скотов, что имеют и могут иметь понятие о естестве человеческом единственно в его униженном, скотоподобном состоянии. Для подтверждения этой чудовищной мысли невежественные и несчастные хулители ссылаются на Евангелие.

Лютер, свергший с себя монашество и взявший себе в наложницу монахиню, свергшую монашество, — союз Лютера с Екатериной де Борре иначе не может быть понимаем, так как не видно, чтоб обеты девства, данные ими Богу, были им возвращены, — вопиют против христианского девства. Вопиют против него вместе с Лютером все протестанты. Они называют девство противоестественным, противным воле, благословению, повелению Бога, Который по сотворении первых двух человеков немедленно сказал им: Раститеся и множитеся и наполните землю [[75]]. Протестантам можно отвечать словами Спасителя, сказанными Им Саддукеям: Прельщаетеся, неведуще Писания, ни силы Божия [[76]]. Протестанты, ссылаясь на вышеприведенные слова, не заметили, что вслед за ними в Бытейской книге описано девство первых двух человеков, в котором они пребывали до падения, не понимая даже наготы своей, что они поняли эту наготу и ощутили стыд, признак явившегося вожделения, по падении, что настоящие отношения жены к мужу и ее болезни при чадорождении изречены как казнь за преступление Божией заповеди [[77]].

Православная Церковь признает девство естественным человечеству [[78]], признавая собственно естеством человеческим то естество, в котором он был сотворен. Состояние падения, в котором ныне находится все человечество, есть состояние неестественное, нижеестественное, противоестественное. Но так как все человечество объято недугом падения, то это состояние общего недуга можно называть естественным падшему человечеству. Так свойства недуга естественны состоянию в недуге: они неестественны состоянию здравия. В таком случае — мы согласны — девство уже неестественно человечеству. По этой причине весьма, весьма немного девственников между праведниками Ветхого Завета: и патриархи и большая часть Пророков должны были подчиниться игу супружества.

Господь наш Иисус Христос, восставив падшее человеческое естество, восстановил и девство. Сам Он был, по человечеству, всесвятым девственником; Его Матерь была благодатною, Пречистою Девою. Девство, естественное естеству человеческому в первобытном состоянии естества, неестественное естеству падшему, возвращено, как дар, естеству, обновленному Спасителем. Дарование Божие о Христе Иисусе Господе нашем все, чем составляется вечное наше спасение, наше достоинство, наше совершенство, что все называется общим именем живота вечного [[79]]. И новозаветное девство есть дар Божий, даруемый Господом, как Сам Господь сказал о девстве: Не вси вмещают словесе сего, но имже дано есть [[80]]. Дается дар преподобия (т. е. нравственного состояния, наиболее сходственного с тем, которое явил собой Господь наш Иисус Христос) тем, которые желают его всем сердцем, и испрашивают у Господа теплейшими молитвами [[81]].

Неестественно девство падшему человечеству, а потому оно никак не может быть получено одними собственными усилиями: собственные усилия укрощают плоть, а истинное девство дар Божий, вследствие постоянной, усерднейшей, часто весьма долговременной молитвы. Истинное девство заключается не в одной телесной чистоте; но преимущественно оно заключается в отчуждении ума от сладострастных помыслов и мечтаний. Ум неспособен сам собой совершить отречения от греха, если не осенит его Божественная сила [[82]]. Борьба ума со грехом составляет тот величайший труд, при котором подвижник проливает множество слез горьких, испускает множество глубоких и тяжких воздыхании, умоляя о помощи и заступлении Свыше. Когда сердце вкусит сладость духовную, тогда только оно может отторгнуться от услаждения плотской сластью; без наслаждения оно быть не может. «Любовь отражается любовью, и огнь угашается огнем невещественным», сказал Святой Иоанн Лествичник [[83]].

Бесчислен лик девственников и дев в Новозаветной Церкви милостью и щедротами Спасителя нашего; но они перешли к состоянию девства, доказав постоянной, тяжкой и продолжительной борьбой с вожделениями плоти свое искреннее желание девства. Это можно видеть из жизнеописаний преподобного Антония Великого, Пахомия Великого, Симеона Христа ради юродивого и многих других величайших угодников Божиих. Но Божия Матерь борьбы с плотскими пожеланиями не вкусила и не познала: прежде, нежели подействовало в ней вожделение, низшел на нее Святой Дух, запечатлел ее чистоту, даровал ей благодатную чистоту, даровал ей духовное наслаждение, к которому прилепилось ее сердце и от которого оно уже никогда не отторгалось. Святая Церковь называет Богоматерь Христовой одушевленной книгой, которую запечатлел Дух [[84]].

Протестанты видят основание своему учению в Евангелии. Евангелист Матфей, полагают они, повествуя об отношениях Богоматери и Иосифа обручника Богоматери, говорит об Иосифе, что он не совокуплялся с Девой только до рождения ею Богочеловека, а это служит указанием на совокупление впоследствии. Подлинные слова Евангелиста, приводимые протестантами к подкреплению их мнения, суть следующая: И (Иосиф) не знаяше ее (Марии), дондеже роди Сына Своего первенца [[85]]. Хулители основывают свое заключение на слове дондеже, выражающем по мнению их срочное воздержание от соития и мысль о соитии, последовавшем по рождении первенца, — также на слове первенец, подающем мысль о дальнейшем деторождении; по свойству русского языка вышеприведенный стих Евангелия со всей точностью может быть переведен так: Иосиф же не знал ее, и Она родила сына своего первенца. Очевидно, что слова: Иосиф же не знал ее — относятся ко всему времени пребывания Божией Матери в доме Иосифа.

Если рассмотреть внимательно повествование Евангелиста Матфея о рождении Господа нашего Иисуса Христа [[86]], то делается тотчас очевидным, что Евангелист употребил все тщание на то, чтоб показать с ясностью и точностью рождения Богочеловека от Девы, без мужеского семени. Для этого Евангелист объясняет, что Дева, обрученная мужу, не познав мужа, оказалась имеющей во чреве от Святого Духа; для этого Евангелист приводит свидетельство Ангела, явившегося во сне Иосифу и удостоверившего, что плод во чреве Девы от Святого духа; для этого Евангелист приводит Пророка, предвозвестившего, что Дева зачнет и Дева родит Сына, Спасителя миру; для этого, говоря уже о самом рождестве Богочеловека, Евангелист показывает, что Мария родила Его, будучи Девой, как и зачала, будучи Девой. Обстоятельства, касавшиеся собственно лица Богоматери и не составлявшие главного предмета, который был описываем Евангелистом, оставлены им без отчетливого объяснения.

Такой же характер имеет и повествование Евангелиста Луки о рождении Христовом. Умалчивая о недоумении Иосифа, о явлении ему Ангела во сне, святой Лука поведает о пришествии Архангела Гавриила к Божией Матери с радостнейшим благовестием от Бога о зачатии и рождении ею Сына Божия, повествует о том, что Елисавета от действия Святого Духа узнала в Марии Матерь Божию. Святой Лука, также, как и Матфей, называет Марию Девой, обрученной мужу [[87]], а рожденного ею Богочеловека ее Сыном — Первенцем [[88]]. Подробного изложения обстоятельств, касавшихся собственно Девы, святым Лукой не сделано; только косвенным образом явствует из его поведения, как выше было сказано, безболезненность Девы при рождении Богочеловека. Итак, тщетно ищут протестанты опоры хуле своей в Евангелии!

Святые Отцы православной Церкви видят в вышеприведенных словах Евангелиста Матфея мысль совершенно противоположную мысли протестантов, — видят свидетельство, что Богоматерь, зачав Богочеловека Девой, пребыла по зачатии Девой, родила Девой, по рождестве пребыла Девой, осталась навсегда Девой [[89]]. Приснодева, говорит святой Иоанн Дамаскин, и по рождестве пребывает Девой, не имев до смерти никакого общения с мужем. Хотя и написано: И не знаяше Ея (Иосиф), дондеже роди Сына своего первенца, однакож должно знать, что первенцем называется перворожденный, хотя бы он был и единородный. Имя первенец означает того, кто первый родился, и не указывает необходимо на рождение других. А слово дондеже хотя и означает срок определенного времени, однакож не исключает и последующего за тем времени. Так слова Господни: И се Аз с вами есмь во вся дни до скончания века [[90]], не означают того, будто Господь по скончании века разлучится с нами, потому что божественный Апостол говорит: «и тако всегда с Господем будем [[91]], т. е. после воскресения». Здесь слово дондеже, хотя само по себе означающее определенный срок, имеет совершенно противоположное значение по обычному употреблению этого слова Священным Писанием. Господь сказал: Не изыдеши оттуду (из адской темницы), дондеже воздаси последний кодрант [[92]].

Известно, что адские муки вечны: срочное слово дондеже, здесь употребленное, значит, что заключенный в адскую темницу никогда не выйдет из нее, не имея возможности отдать долга греховного, уплата которого производится только во время земной жизни добрыми делами во Христе и очищением согрешений посредством покаяния. О вороне, которого выпустил Ной из ковчега, сказано: И изшед не возвратися, дондеже изсяче вода от земли [[93]]; ворон вовсе не возвращался в ковчег. Священное Писание говорит: Рече Господь Господеви моему: седи одесную Мене, дондеже положу враги Твоя подножие ног Твоих [[94]]; здесь слово дондеже, означающее срок, опять употреблено для означения бессрочного, бесконечного времени.

Очевидно, что пребывание вочеловечившегося Сына одесную Отца по человечеству, чем означается высшее состояние славы, не ограничится тем временем, которое будет употреблено на низложение врагов Богочеловека, падших ангелов и нечестивых человеков, но будет продолжаться бесконечно во веки веков. Слово дондеже имеет по отношению к Деве то же значение, какое оно имеет по отношению к письменному закону, данному Богом. Йота едина, сказал Господь, или едина черта не прейдет от закона, дондеже вся будут [[95]]. Закон запечатлеется исполнением его, и пребудет вечно запечатленным, как исполненный: Дева запечатлела свое девство рождением Бога-Слова, и осталась навсегда Девой, будучи запечатлена рождением Бога. И не знаяше Ея (Иосиф), дондеже роди Сына своего первенца: «это значит, говорит блаженный Феофилакт Болгарский, никогда не прикасался ей, ни прежде рождения, ни по рождении не познал ее».

Оба Евангелиста с очевидной особенной целью указывают на то, что Богочеловек был Первенец. Иудеи, которым обетован был Мессия, по этой причине особенно уважали чадорождение, а неплодство женщины презирали; по этой же причине они особенно уважали первенца между чадами, так как один из первенцев, по мнению их, долженствовал быть ожидаемым Мессией. Вот тот вожделенный и преславный Первенец, говорят Евангелисты, который удовлетворил желаниям и ожиданиям! После рождения Его уже нет причины бесплодию женщины быть ее бесчестием, а рождаемым отселе первенцам пользоваться особенным значением. Отселе слава переходит от супружества к девству, потому что ожиданный Первенец — Девственник, и родился от Девы, сохранив ее при рождении и по рождении Девой.

Святое Евангелие умалчивает о родителях Богоматери; оно представляет праведного Иосифа попечителем ее и младенца Богочеловека. Должно быть: родители Богоматери, произведши бесценный плод свой в самых преклонных летах, вскоре после того скончались.

«Бог, говорит святый Иоанн Дамаскин, устроил так, что Отроковица (Отроковицей названа Богоматерь по юности возраста своего) священниками обручается с Иосифом. Новая Книга вручается ведущему Писания [[96]]. Это обручение Деву охраняло [[97]]". Праведному Иосифу было восемьдесят лет [[98]], когда обручена была ему четырнадцатилетняя Дева. По закону иудейскому она была обручена ему, как лицу, принадлежащему к колену Иуды и племени Давида, к которым принадлежала и Божия Матерь. Пребыв у него в доме четыре месяца, она услышала благовестие из уст Архангела, и зачала Богочеловека.

Смиренная Мария не решилась поведать обручнику, что ей явился великий Архангел, что она сделалась чудным Божиим храмом. Когда Иосиф узнал от Ангела, явившегося ему во сне, великое значение обрученной ему Девы, — он понял все значение обязанности своей относительно ее, сделался ее служителем, совершая святое служение свое с благоговением и страхом, как говорит блаженный Феофилакт Болгарский. Он получил к ней чувство глубокого уважения, подобное тому, какое ощутила и выразила святая Елисавета, удостоившись посещения Богоматери. Откуда мне сие, воскликнула она, откуда мне эта величайшая почесть, это величайшее счастье, да приидет Мати Господа моего ко мне? [[99]] Не только праведные человеки исполнились благоговения к Богоматери, — самый Архангел Гавриил, произнося благовестие, предстоял ей с благоговением. Совершенно иначе он обошелся со святым Захариею, возвещая ему рождение Иоанна, величайшего между пророками. Так! Святые Ангелы и святые человеки благоговеют пред Приснодевой; дерзкие и хульные суждения о ней свойственны только духам отверженным, огласившим и небо и рай богохульством, — свойственны растленным человекам, вступившим в единение с духами отверженными.

Весьма справедливо замечает святой Иоанн Дамаскин, что не только дело, одна мысль о растлении девства Приснодевой может принадлежать лишь самому безнравственному, растленному уму. Как мог праведный Иосиф, услышавши от Ангела великое свидетельство о Богоматери, видевший дивные чудеса, совершившиеся при рождении Богочеловека, покуситься на грубое беззаконие, на преступление ужасное, приписываемое ему протестантами! как мог праведный восьмидесятилетний старец увлечься юношеской похотью, и в очах Богочеловека растлить Его Матерь! Нет, нет! такое ужасное распутство и злодеяние для святого старца невозможно.

Праведный Иосиф постоянно сподоблялся Божественных откровений, которых удостаиваются только одни чистые сердцем и телом. Когда он недоумевал о Богоматери, — Ангел явился ему во сне, и сказал: Иосифе, сыне Давидов, не убойся прияти Мариам, жены твоея [[100]]. Ангел отвечает прямо на помышления Иосифа. Иосиф, подозревая Марию, хотел тайно отпустить ее от себя: Ангел, свидетельствуя о ее целомудрии, повелевает иметь ее при себе, без всякого сомнения, как не нарушившую супружеского долга; затем открывает, что она зачала от Святого Духа. — Когда же надлежало Сыну Божию удалиться в Египет от убийственной руки Ирода: тогда Ангел опять является Иосифу, и уже не называет Марии женою его, но Матерью Отрока. Еще дважды повествует Евангелие о явлении Ангела Иосифу. При явлении, более подробно описанном, при котором повелевалось возвращение в землю Израильскую, Ангел опять называет Марию единственно Матерью Отрока [[101]].

Евангелие упоминает о братиях Богочеловека [[102]] на это обстоятельство указывают хулители Приснодевы, как на подтверждение своего мнения. Но достоверное предание православной Церкви объясняет, что название братьев Господа носили сыновья праведного Иосифа, обручника Божией Матери, от первой жены его. Они носили название братьев Господа точно в таком же отношении, в каком Иосиф назывался Его отцом. Сама Богоматерь именовала так Иосифа. Нашедши двенадцатилетнего Господа в храме иерусалимском, она сказала Ему: Чадо, что сотвори нама тако? се отец Твой и аз боляще искахом Тебе [[103]]. Современные Иудеи, не знавшие зачатия от Святого Духа и рождения от Девы, признавали Богочеловека сыном Иосифа [[104]], а Божия Матерь, ученики и ближние Господа скрывали великое таинство от ожесточенных Иудеев, не останавливавшихся хулить очевидные знамения. Какой богохульный вопль подняли бы они, если б им было открыто зачатие от Духа и рождение от Девы? Это осталось для них неизвестным, и, по народному мнению, считался и назывался Иосиф отцом, следовательно, сыновья его считались и назывались братьями Господа. Они по годам были гораздо старше Богочеловека, Который, следовательно, по отношению к ним не мог быть первенцем.

Обвинение святого Иосифа в покушении на растление девства Богоматери оказывается чуждым смысла: еще несообразнее такое обвинение по отношению к Божией Матери. Тысяча тысяч дев уневестились Христу, сохранили печати девства неразрешенными: неужели не сделала этого величайшая из дев, Невеста и вкупе Матерь Божия? Тысяча тысяч дев сохранили свое девство, при содействии благодати Святого Духа, от услаждения, даруемого благодатью: неужели не возмогла этого сделать величайшая из дев, в утробу которой вселился не благодатным действием, но существом Своим всемогущий Бог? неужели этого не сделала та, которая постоянна была в ближайшем общении с Богом? Если Херувимы и Серафимы, по близости своей к Богу, имеют непрестанно к Нему устремленными ум и сердце, не могут их отторгнуть от Него: неужели несравненно высшая Херувимов и Серафимов, неужели та, которая во утробе своей зачала и носила Бога, которая питала Его сосцами, носила в объятиях, которая всю жизнь земную проводила с Ним, не имела прилепленных к Нему ума и сердца? неужели низошла к плотскому сладострастию? Нет! такая мысль может родиться и быть принятой только теми, которые всегда пресмыкались и пресмыкаются в плотском сладострастии, никогда не возникали из него! Да удалится от нас эта мысль богохульная в темный ад и во огнь вечный, уготованный диаволу и ангелам его! Мы исповедуем Владычицу нашу, Матерь Бога нашего, до рождества Девою, в рождестве Девою, по рождестве Девою, Приснодевою. Ведая и исповедуя величие Божией Матери, мы устремляем к ней сердца наши с несомненной верой, с глубочайшим благоговением, и, по преемству от святых Апостолов, молитвенно взываем к ней: Пресвятая Богородица, помогай нам! [[105]].

Из некоторых мест Евангелия видно, что Господь ответствует Богоматери, по человеческому суждению, холодно и сурово: это опять служит предметом претыкания для плотских умов. Несправедливость претыкания обличается духовным рассматриванием действий и слов Господа нашего. О духовном надо судить духовно, сказал святой апостол Павел [[106]]. Дела и слова Господа Дух суть и Живот суть [[107]]. Как ветхий Адам увлекся нежностью к ветхой Еве, и в этом увлечении преступил заповедь Божию: так Новый Адам — Господь — являет Себя имеющим в виду одно исполнение воли Божией, и потому не обнаруживает никакого увлечения при заботливой о Нем нежности Новозаветной Евы. Он не обнаруживает даже никакого сочувствия к этой нежности! Действуя так, Он искупает Своим бесстрастием увлечение праотца, искупает приятие нежности, введшей в грех, отверженцем нежности безгрешной и естественной, научает нас храниться увлечений и водительства чувствами даже по поводам самым благовидным. Светильником и руководителем нашим на поприще нашей деятельности должен быть закон Божий [[108]].

Родители Господа — так называет Евангелие Божию Матерь и Иосифа, говоря в этом случае по обычаю современного общества — имели благочестивый обычай ежегодно приходить в Иерусалим на праздник Пасхи. Когда Господу было двенадцать лет, они пришли в Иерусалим, взяв с собой и Отрока-Богочеловека. Проведши дни праздника в святом граде, Мария и Иосиф отправились обратно в место жительства своего, Назарет, а Отрок-Господь остался в Иерусалиме. Этого сначала не заметила Богоматерь, не заметил и Иосиф: они полагали, что Господь идет с другими поклонниками. Проведши уже целый день в дороге, достигши вероятно, ночлега, они начали искать Его между родственниками и знакомыми, но не нашли, и возвратились в Иерусалим. Здесь, по прошествии трех дней, они обрели Господа в храме посреди законоучителей, приведенных в недоумение и ужас словом Божиим, исходящим из уст Отрока-Бога. Приснодева, увидев Его, произнесла уже приведенные нами, исполненные нежности слова: Чадо, что сотвори нама тако? се отец Твой и аз боляще искахом Тебе. На это Господь отвечал: Что яко искасте Мене? не весте ли, яко в тех, яже суть Отца Моего, подобает быти Ми? [[109]]

В ответе Господа видно, что обязанности относительно Бога посвящается всецело и мысль, и воля, и любовь; обязанностям относительно человеков дано свое место, как видно из событий, последовавших за ответом [[110]]. Когда человек не разместит должным образом своих обязанностей, не даст каждой из них должной меры: тогда исполнение их не может иметь плодом добродетель; плодом будут согрешения и ошибки, тем более опасные, что наружное облачение их благовидно.

В то время, как Господь уже проповедывал Евангелие, в Кане, небольшом городе Галилейском, совершался брак, на который приглашены были Господь с учениками и Богоматерь [[111]]. Господь освятил пришествием Своим брак и пиршество брака. Посреди пиршества оказался недостаток в вине. Богоматерь сказала Господу: вина не имут. Господь отвечал ей: что есть Мне и тебе, жено? не у прииде час Мой. Чудный ответ по поводу плода лозного, имеющего такое сильное влияние на человеков! Это — тот ответ, который следовало бы Адаму дать Еве, когда она предлагала ему вкушение плода, воспрещенного Богом, вкушение смертоносное, заразившее род человеческий ядом вечной смерти. «Что мне и тебе, жено? — таковы могли быть слова Адама — ты сотворена мне помощницей: не будь наветницей. Я соединен с тобой союзом супружества во едину плоть; но если ты преслушала Бога, — я отделяюсь от тебя, как соединенный с тобой для служения Богу, а не для противодействия Ему».

Вторая половина ответа Господа заключает в себе глубокий, таинственный смысл. Божия Матерь милосердствует о пирующем обществе, у которого посреди пира недостало вина, и желает уничтожить этот недостаток Божественной силой Сына своего: Бог-Слово, по неизреченному милосердию Своему низшедший во образе человека к падшему человечеству, гибнущему на земле от недостатка пищи и пития духовных, принесший человечеству хлеб насущный и питие новое — Свои тело и кровь, Себя, готовый по любви своей к человечеству немедленно даровать это питание, намекает на трапезу, уготованную Богом и уже весьма близкую, говорит: не у прииде час Мой. Не у прииде час Мой! не пришел час спасительных страданий, час пролития животочной крови, долженствующей исцелить человечество от упоения вечной смертью. Сего часа желал Господь, как часа спасительного для человеков, как часа, в который Он явит все обилие Своей любви, как часа, для которого Он пришел в мир [[112]].

Прошение Богоматери, само по себе, не заключало в себе ничего предосудительного, и было исполнено; из этого видно, что первоначальным отверженцем человеколюбивого ходатайства Ново-Заветной Евы заглаждалось только согласие Адама на греховное предложение Ветхозаветной Евы. Смысл слов Господа может быть истолкован так: «ты заботишься о тленной пище человеков, а Я возлюбил их непостижимой Божественной любовью. Руководимый этой любовью, Я готов и желаю преподать им в пищу и питие самое тело Мое и самую кровь Мою; но и это совершится в свой час, т. е. в свое время, установленное и определенное непостижимым советом Божиим».

Святой Евангелист Матфей повествует, что однажды Господь поучал народ в доме; Богоматерь с сыновьями Иосифа, именовавшимися братьями Богочеловека, пришла и ожидала Его вне дома, желая поговорить с Ним о чем-то. Об этом доложено Господу; но Он отвечал: кто есть Мати Моя и кто суть братия Моя? потом, указав рукой на учеников Своих, присовокупил: се мати Моя и братия Моя: иже бо аще сотворит волю Отца Моего, иже есть на небесех, той брат Мой и сестра и мати Ми есть [[113]]. Подобно этому, когда некоторая женщина, слыша чудное учение Господа, сказала ему: блаженно чрево, носившее Тя, и сосца яже еси сосал, — Господь отвечал: блаженни слышщии слово Божие и хранящии е [[114]].

Господь постоянно и одинаково верен при всех обстоятельствах Своему всесвятому служению. Снидох с небесе, сказал Он, не да творю волю Мою, но полю пославшаго Мя Отца [[115]]. Такое Божественное поведение Господа и Божественные Его слова относительно Богоматери отнюдь не унижают достоинства Богоматери: возвышают его. Приснодева превыше всех святых человеков, как по той причине, что соделалась Матерью Богочеловека, так и по той причине, что Она была самой постоянной, самой внимательной слушательницей и исполнительницей учения, возвещенного Богочеловеком. Первое из этих достоинств запечатлено вторым, а потому достоинство Божией Матери соделалось величайшим достоинством.

Святое Евангелие свидетельствует о Богоматери: Мариам же соблюдение вся глаголы сия, слагающи в сердцы своем [[116]]. Это сказано по случаю поведения пастухов, которым в ночь рождества Христова явился Ангел, и возвестил о родившемся Спасителе. Сказанное имеет следующее значение: Божия Матерь внимательно следила за всеми событиями, относившимися к Богочеловеку с самого рождения Его, замечала их, запечатлевала в памяти. Книгой для записи этих событий служило ей — ее сердце. — Впоследствии Евангелие повторяет свое свидетельство: Мати Его соблюдите вся глаголы сия в сердцы своем [[117]]. Это уже сказано о словах Господа. Не только замечала она со всею тщательностью события, касавшиеся Господа, но замечала самые слова Его, слагая их в сердце свое, храня их в сердце своем, как бесценные сокровища в ковчеге, который и сам соделался бесценным по бесценности сокровищ.

Нельзя не упомянуть того, что Евангелие говорит это по поводу тех слов Господа, которые были недоступны для постижения Божией Матери по ее тогдашнему душевному состоянию, и которые объяснились ей впоследствии, по обновлении ее Духом. Какое слышание Слова Божия может быть сильнее того, при котором Слово Божие полагается в сердце и хранится в нем? Святой пророк Давид сказал: сотворити волю Твою, Боже мой, восхотех и закон Твой посреде чрева моего [[118]], т. е. посреди сердца моего. Что желали исполнять величайшие угодники Божии, то Божия Матерь, по данной ей Божественной благодати, исполняла на самом деле. И как исполняла? Сперва сердце ее и утроба осенены были Святым Духом; потом чрево ее соделалось храмом существенно вселившегося Господа; духовная радость от присутствия в ней Господа обымала все ее существо, как Она сама это засвидетельствовала. Обыкновенно святая радость объемлет человеков, сподобившихся ощутить в себе действие Святого Духа: тем более Богоматерь была преисполнена Божественной радости. По рождении Богочеловека она находилась к Нему в ближайших отношениях. На руках и в объятиях ее Он провел младенчество; неразлучно с ней был не только в отрочестве Своем, но и в юношеском и мужеском возрастах, до самого вступления Своего в Божественное служение, продолжавшееся три года с половиной. Никто другой не был столь близким слушателем Слова Божия и в течение столь продолжительного времени, как Божия Матерь; никто с таким глубоким и постоянным вниманием не следил за словами и делами Богочеловека, никто с такой тщательностью и любовью не хранил их.

Мы созерцали поведение Господа относительно Богоматери на браке в Кане Галилейской: обратим внимание и на поведение Божией Матери относительно Богочеловека. Получив на просьбу свою строгий ответ, Она поняла его совсем иначе, нежели как понимают его соблазняющиеся им. Она не увидела в этом ответе отвержения ее ходатайства, и потому обращается к прислуживавшим на пире, и говорит им: еже аще глаголет вам (Господь), сотворите [[119]]. За этим распоряжением Богоматери последовало претворение воды в вино Богочеловеком.

В последние три года с половиной пребывания Господа на земле, Богоматерь не могла быть постоянно при Нем. Это время Господь употреблял на странствование по земле Иудейской для возвещания человекам Евангелия; но и в это время Богоматерь часто виделась с Ним, часто последовала за Ним в числе учеников и учениц Его, внимая Его всесвятому учению, к которому Она стяжала навык ненасытной жажды. В особенности неотступно Она была при нем во время Его страданий. Богоматерь разделила страдания Богочеловека, приняла в них участие самое живое и действительное.

Как ветхая Ева в раю соделала ветхого Адама участником своего преступления; так Новый Адам соделал новую Еву причастницей страданий, искупивших преступление праотцов. Богоматери во время страданий Господа и по причине этих страданий была попущена ужаснейшая скорбь. Скорбью было поражено ее сердце, как бы смертоносным оружием [[120]].

Когда Господь совершил искупление рода человеческого, и уже намеревался, вися на кресте, запечатлеть искупительный подвиг произвольной смертью: тогда при Господе и при кресте Его стояла Богоматерь с возлюбленным учеником Господа, Иоанном. Господь совершил уже искупление человечества, уже Он рождал человечество в новую жизнь Своими предсмертными страданиями; уже Он готов был совершить это рождение Своей смертью.

Соделавшись таким образом Родоначальником обновленного человечества, заменив для него Собой праотца, не способного по причине падения рождать чад во спасение, рождающего их единственно в погибель, Господь обращается внезапно к предстоящей Ему Богоматери, к участнице Его искупительных за человечество страданий, вводит ее в права ее относительно человечества, в права, доставленные ей Богочеловеком и всеми отношениями ее к Богочеловеку. Он объявляет ее Матерью возлюбленного ученика, а в нем и всего обновленного человечества, по разумению и объяснению Отцов [[121]]. Как заменил Господь Адама Собой: так заменил Он Еву Богоматерью. Ева, будучи сотворена девой, преступила заповедь Божью, и не могла удержать в себе святого ощущения девственности; подчинение ее мужу объявлено ей в числе ее казней. Богоматерь, будучи зачата и рождена во грехе праотцов, приготовила себя целомудренной и Богоугодной жизнью в сосуд Божий. Соделавшись сосудом Божиим, Она и пребыла сосудом Божиим: Она пребыла чуждой помышления и сочувствия к вожделению мужа, к совокуплению скотоподобному, которым — научает нас Писание — подчинились жены вследствие падения. Непрестанное общение с Богом, Который вместе был и Сыном Приснодевы, питало ее непрестанно небесными, духовными, святыми помышлениями и ощущениями. Сказал апостол Павел: прилепляйся Господеви, един дух есть с Господем [[122]]. Исполнились эти слова во всей полноте своей над Богоматерью, исполнились над ней преимущественнее и преизобильнее, нежели над всеми святыми девственниками и святыми девственницами из среды избранного человечества. Богоматерь Дева, до рождения ею Богочеловека, была Девой, в самом рождении сохранилась Девой, по рождении пребыла Девой. Влечения к мужу она не познала: потому что вся и вполне была привлечена к Богу, совокуплена с Богом.

По вознесении Господа Богоматерь, как видим из книги Деяний Апостольских, уже неразлучно сожительствовала Апостолам в одном доме, непрестанно упражняясь в молитвах. Святой Евангелист Лука называет эти молитвы молитвами и молениями [[123]], чем он изображает, что все занятия Богоматери и Апостолов сосредоточивались в разных видах молитвы, что все время их было посвящено молитве.

Посреди такового упражнения и образа жизни, в день Пятидесятницы низшел на учеников Богочеловека Святой Дух, Который всегда требует предуготовления тщательнейшей и непрестанной молитвой от ученика Христова, чтоб низойти на него и осенить его. Богоматерь прияла в это время обильнейший дар Святого Духа, просветивший не только ее душу, но и ее тело. Душа ее и ее тело соделались сами источниками света. Так свидетельствует Святой Дух! так свидетельствует святая Церковь! так свидетельствует духовный разум!

Для желающих слышать историческое свидетельство предлагаем здесь свидетельство о Богоматери современника ее по земной жизни, святого Дионисия Ареопагита, знаменитого и ученого Афинянина, обращенного в христианство святым апостолом Павлом. Когда протекли три года по принятии Ареопагитом веры в Искупителя, он посетил Богоматерь, имевшую по вознесении Господа постоянное жительство в Иерусалиме, в доме евангелиста Иоанна. Следующее выписываем из послания святого Дионисия к апостолу Павлу: «невероятным казалось мне, исповедую пред Богом, о, превосходный вождь и начальник наш! чтобы кроме Самого высшего Бога был кто-либо преисполнен Божественной силы и дивной благодати; никто из человеков не может постигнуть то, что видел и уразумел я при посредстве не только душевных очей, но и телесных. Я видел очами моими богообразную и паче всех небесных духов святейшую Матерь Христа Иисуса, Господа нашего, которую даровали мне видеть благодать Божия, снисходительность верховного Апостола (Иоанна) и неисповедимая благость и милосердие самой милостивой Девы. Паки и паки исповедую пред всемогуществом Божиим, пред Благодатью Спасителя и пред славною честию Девы, Матери Его, что когда и был введен пред лице богообразное, пресвятейшей Девы Иоанном, главою Евангелистов и Пророков, который, жительствуя во плоти, сияет как солнце на небеси, то облистало меня столь великое и безмерное Божественное сияние, не только извне, но еще более просветившее внутри, и исполнился я такого предивного и разнообразного благоухания, что ни немощное мое тело, ни дух не возмогли понести таковых и толиких знамений и начатков вечного блаженства и славы: изнемогло сердце мое, изнемог дух мой во мне от ее Божественной славы и благодати. Свидетельствую Богом, имевшим жительство в честнейшей утробе Девы, что если б я не содержал в памяти и в новопросвещенном уме твое Божественное учение и заповедания, то я признал бы Деву Богом, и почтил бы ее поклонением, подобающим единому истинному Богу: потому что ум не может представить себе большей чести и славы для человека, прославленного Богом, как то блаженство, которое я, недостойный, удостоился вкусить, соделавшись тогда вполне блаженным и благополучным. Благодарю превысшего и преблагого Бога моего, божественную Деву, преизящнейшего апостола Иоанна, также и тебя, верховного и торжествующего начальника Церкви, милостиво явившего мне такое благодеяние» [[124]].

Благодатные дары Святого Духа, которыми обиловали Апостолы, преизобильно и более их имела Богоматерь. Она имела и дар пророчества, и дар прозорливости, и дар чудотворений, и другие бесчисленные дары, известные Подателю даров и приявшей дары. Прикосновение к ней исцеляло неисцелимые недуги. Действенное, освященное Богом тело ее соделалось вместилищем и источником чудес. Как икона апостола Петра, изображавшаяся на земле тенью его, чудодействовала [[125]]: так иконы Божьей Матери чудодействуют по всей земле, проповедуют, свидетельствуют, запечатлевают знамениями истину учения Христова. Живописцами чудотворных икон Апостола были лучи солнца: живописцами чудотворных икон Божией Матери были разумные лучи Солнца правды, Бога и Сына Приснодевы — Его Апостолы и Его святые угодники.

Богоматерь в третий день по блаженном успении своем воскресла и ныне жительствует на небесах душей и телом. Она не только жительствует на небесах: Она царствует на небесах. Она, как Матерь Царя Небесного, объявлена Царицей небесной, Царицей и святых Ангелов и святых человеков. Ей даны особенная власть и особенное дерзновение ходатайствовать пред Богом о человечестве. Святая Церковь, обращаясь с прошениями ко всем величайшим угодникам Божиим, ко всем Ангелам и Архангелам, говорит им: молите Бога о нас; к одной Богоматери она употребляет слова: спаси нас.

Божия матерь есть величайшая заступница и помощница всех труждающихся о благоугождении Богу, всех посвятивших земную жизнь на служение Богу. Явившись некоторому святому иноку, Она исцелила его от тяжкого недуга, и назвала его принадлежащим ее роду [[126]]. Она — скорое утешение скорбящих и плачущих. Она — предстательница кающихся; Она — благонадежное пристанище для грешников, желающих обратиться к Богу; Она — теплейшая ходатайница за них пред Богом. Предстоя Божией Матери, в глубоком благоговении к ее величию, в священном недоумении и удивлении, в восторге веры и любви, чада православной Церкви приносят Приснодеве всерадостное славословие. Прими, Владычице, эти младенческие гласы, это младенческое лепетание, усиливающееся по причине теплоты сердечной определить твое величие, и не могущее определить его по немощи разума, по немощи слова, по необъятности твоего величия. Радуйся, селение Бога-Слова! радуйся, святая святых! Радуйся, престол Вседержителя! радуйся, вместилище невместимого Бога! радуйся, колесница восседающего и шествующего на Херувимах! радуйся, храм наклоняемого и песнословимого Серафимами! радуйся, высота, неприступная для человеческих помыслов! радуйся, глубина, недосягаемая для Ангельских умов! радуйся, неверных сумнительное слышание! радуйся, верных известная, достоверная похвала! радуйся, являющая мудрецов немудрыми, у хитрословесных отъемлющая и хитрость и слово! радуйся, посрамившая любопытных, бесстыдных, безумных, всезлобных изыскателей! радуйся исполнившая духовными познаниями рыбарские мрежи веры! [[127]] — Пресвятая Богородице! слава Тебе! Пресвятая Богородице, спасай нас!

А М И Н Ь.


Общество-Радонеж, 1990

## ПРИМЕЧАНИЯ

1. Изложение это составлено в Ставрополе кавказском, вследствие желания некоторых лиц общества, в котором тогда предметом суждений был новый догмат папистов.

2. Точное изложение православной Веры святого Иоанна Дамаскина. Книга IV, гл. XIV.

3. О том, что верой уничтожается разум плотский и душевный, и рождается разум духовный, смотр. Преподобного Исаака Сирского слово 28.

4. Предаша нам иже исперва самовидцы и слуги Слова (Лук. 1, 2).

5. «Хлеб прием в руце предатель, сокровенно тыя простирает и приемлет цену Создавшего Своими руками человека». Кондак, глас 2-й, в великий четверток.

6. «Господи, осудиша Тя Иудеи на смерть, Жизнь всех». Тропарь 3-го гласа в великий пяток. — «Видя разбойник Начальника жизни на кресте висяща, глаголаше: аще не бы Бог был воплощься, Иже с нами распныйся, не бы солнце лучи своя потаило, ниже бы земля трепещущи тряслася: но вся терпяй помяни мя, Господи, во Царствии Твоем». Тропарь 9 часа.

7. Быт. 1, 28.

8. Псал. 50, 7.

9. Изложение православной Веры, книга III, гл. II.

10. Лук. 1, 34.

11. Лук. 1, 35.

12. 1 Кор. 1, 24.

13. Иоанн. 1, 3.

14. По согласному мнению всех святых Отцов православной Церкви, писавших об этом предмете. Святой Григорий Богослов. Слово 38.

15. Изложение православной Веры. Книга III, гл. II.

16. Святой Иоанн Дамаскин. Изложение православной Веры. Книга IV, гл. XIV.

17. Святого Иоанна Дамаскина Изложение православной Веры. Книга IV, гл. XIV.

18. Быт. 3. 15.

19. Исаия 7, 14.

20. «Солгася древле Адам и Бог возжелев быти, не бысть. Человек (человеком) бывает Бог, да бога (богом) Адама соделает». Акафист Божией Матери, 4-я стихира.

21. Святой Иоанн Дамаскин. Изложение православной Веры. Книга III, гл. XXVIII и XVI.

22. Страстями называются свойства человеческие в их болезненном состоянии, произведенном падением. Так способность питаться превратилась в наклонность к объядению и лакомству; сила желания — в прихоти и похоти; сила гнева или душевная энергии — в вспыльчивость, ярость, злобу, ненависть; свойство скорбеть и печалиться — в малодушие, уныние и отчаяние; естественное свойство презирать унижающий естество грех — в презрение к ближним, в гордость, и проч. Преподобного Исаии Отшельника слово 2.

23. Иоанн. II, 33. 35. 38.

24. Лук. 19, 41.

25. Матф. 26, 38. 39. Слич. Лук. 22, 43. 44.

26. Матф. 26, 39.

27. Марк. 10, 14.

28. Марк. 3, 5.

29. Матф. 23. Иоанн, г. 5, 7, 8, 10.

30. Иоанн. 6, 68.

31. Быт. 2, 25.

32. Здесь духовным называется то, что освящено Святым Духом согласно тому значению, какое дает святой апостол Павел слову духовный (1 Кор. 2, 15) и какое ему дают все святые писатели православной Церкви.

33. Преподобный Макарий Великий. Слово IV, гл. 3.

34. «Преобразился еси на горе, Христе Боже, показавый учеником Твоим славу Твою, якоже можаху». «На горе преобразился еси, и якоже вмещаху ученицы Твои славу Твою, Христе Боже, видеша: да егда Тя узрят распинаема, страдание убо разумеют вольное». Тропарь и кондак Преображению.

35. Тропарь на часах святой Пасхи.

36. Псал. 44, 2.

37. Роман, извлеченный из Евангелия, известный под названием: Passion douleureuse de notre Seigneuz Jesus — Christ, par Ecaterine d'Emerich.

38. Лук. б, 19.

39. Марк. б, 56.

40. Иоанн. 6, 54. 56.

41. Матф. 27, 60.

42. Матф. 28, 2.4.

43. Иоанн. 20, 19.

44. Лук. 24, 31.

45. Деян. 1, 9.

46. Деян. 7, 56.

47 и 48. Святого Иоанна Дамаскина изложение православной Веры, Книга III, глава XXVIII и XVI. Господь единственно по «благоволению Своему приял на Себя немощи падшего человеческого естества, как-то голод, жажду, утомление, самую телесную смерть, состоящую в разлучении души с телом». Всему этому тело Господа подчинялось до Его воскресения, и престало подчиняться по воскресении. Сама по себе плоть Господа с самого зачатия обожена; она зачалась уже Божественной. «Она, говорит Дамаскин, стала едино» с Богом, и Богом — не по предложению или превращению, не по изменению или слиянию естества. Одно из естеств — по ссылке на 42-е слово Григория Богослова — обожило, другое обожено, и, осмелюсь сказать, стало едино с Богом; и помазавшее сделалось человеком, а помазанное Богом. И сие не по изменению естества, но по соединению промыслительному о спасении, то есть Ипостасному, по которому плоть неразлучно соединилась с Богом-Словом, и по взаимному проникновению естеств, чему подобное видим в раскалении железа огнем». Как Божество имеет всегда одинаковое достоинство, будучи постоянно равно самому Себе и неизменяемо, так и достоинство души и плоти Господа в отношении к их Божественности всегда было одинаково. Одинаковым было это достоинство во всех изменениях по человеческому возрасту Богочеловека: одинаковым было оно, когда вочеловечившийся Бог возлежал младенцем в яслях, когда повит был пеленами, и когда явил Себя в неизреченной славе на горе фаворской, когда воскресал из гроба, когда возносился на небо. Одинаковым было это достоинство во всех обстоятельствах, которым благоволил Богочеловек подчиняться по человечеству своему: одинаковым было это достоинство, когда Господь предстоял связанным Синедриону и Пилату, когда был осыпаем поруганиями, заушениями и оплеваниями, и когда Он воссел, по человечеству, одесную Бога-Отца, когда поклонились и припали к стопам Его все Ангелы и Архангелы.

49. Иоанн. 8, 59. По толкованию блаженного Феофилакта Болгарского.

50. Лук. 4, 29, 30.

51. Иезек. 44, 2.

52. Акафист сладчайшему Иисусу. Икос 7-й.

53. Канон Пасхи, песнь 6-я.

54. Воскресный тропарь, глас 2, Богородичен.

55. Воскресный тропарь, глас 7, Богородичен.

56. Последование в неделю Православия.

57. Святой Киприян Карфагенский, по ссылке святителя Димитрия Ростовского. Четьи Минеи, 25 декабря. Слово на Рождество Христово.

58. Лук. 2, 7.

59. Иоанн. 14, 6.

60. Петр. 1, 4.

61. Иоан. 14, 23.

62. Житие преподобного Григория Синаита, написанное учеником его Святейшим Патриархом Константинопольским Каллистом. Рукопись.

63. Икос канона Предтечи.

64. Лук. 1, 46, 48.

65. Лук. 2, 49. 50.

66. Толкование святого Иоанна Златоустого на Евангелие от Матфея: также Благовестник, объяснение на приведенное место Евангелия от Матфея. «Нечто человеческое, власть матери над сыном» — замечает блаженный Феофилакт Болгарский, рассматривая обстоятельство, описываемое Евангелистом — «высказала Богоматерь: она еще не понимала всего величия, таившегося в Богочеловеке. И потому в то время как Он говорил поучение народу, Она «прерывает Его, вызывает к себе, желая от Него, как от сына, почтения и повиновения себе. По этой причине и Христос, знавший сердечную мысль ее, сказал: Кто есть мати Моя? и кто суть братия Моя? И простер руку Свою на ученики Своя, рече: се мати Моя и братия Моя: иже бо аще сотворит волю Отца Моего, иже есть на небесах, той брат Мой, и сестра и Мати Ми есть. Сказал Он это, не уничижая Богоматерь, но отвлекая ее от тщеславия и от взгляда по ветхому человеку».

67. Деян. 1, 14.

68. Преподобный Макарий Великий. Слово 7, гл. 11, 12.

69. Апок. 20. 6.

70. Иоан. 7, 39.

71. Bergier. Dictionnaire de Theologie. Marie.

72. Article: Marie.

73. Article: Marie.

74. Лук. 1, 43.

75. Быт. 1, 28.

76. Матф. 22, 29.

77. Быт. гл. 1, 2, 3.

78. Алфавит духовный, книга 1, гл. 7 и 8.

79. Рим. 6, 23.

80. Матф. 19, 11.

81. По объяснению блаженного Феофилакта Болгарского.

82. Преподобного Григория Синаита, гл. 110 и 114. Добротолюбие, ч. 1.

83. Слово 15, гл. 3.

84. Канон Акафиста Божией Матери, песнь 1-я, тропарь 1-й.

85. Матф. 1, 25.

86. Матф. 1, 18-25.

87. Лук. 1, 2.

88. Лук. 2, 7.

89. Благовестник. Точное изложение православной Веры, Четьи-Минеи и проч.

90. Матф. 28, 20.

91. 1 Сол. 4, 17.

92. Матф. 5, 26.

93. Быт. 8, 7.

94. Пс. 109, 1.

95. Матф. 5, 18.

96. Исаии, 29, 11.

97. Точное изложение, книга IV, гл. XIV

98. Это сведение и прочие исторические сведения заимствованы из Четьих-Миней, в которых изложено подробное церковное предание о Божией Матери, т. е. приведены о ней повествования и рассуждения весьма многих святых Отцов.

99. Лук. 1, 43.

100. Матф. 1, 20.

101. Матф. 2, 13. 19.

102. Иоанн. 7, 5. Матф. 13, 55.

103. Лук. 2, 48.

104. Слич. Лук. 4, 22. Иоанн. 6. 42. Лук. 3, 23.

105. Так воскликнули апостолы, увидев явившуюся им Божию Матерь по ее успении. Четьи-Минеи 15 августа.

106. 1 Кор. 2, 14.

107. Иоанн. 6, 63.

108. Пс. 118, 105.

109. Лук. 2, 41-50.

110. Лук. 2, 51.

111. Иоанн. 2.

112. Иоанн. 12, 27.

113. Матф. 12, 46-49. Смотри объяснение сего обстоятельства в Благовестнике.

114. Лук. 11.27.28.

115. Иоанн. 6, 38

116. Лук. 2, 19.

117. Лук. 2, 51.

118. Пс. 39, 9. По объяснению святого Иоанна Лествичника.

119. Иоанн 2, 5.

120. Лук. 2, 35.

121. Так объяснял и блаженный старец Серафим Саровский.

122. 1 Кор. 6, 17.

123. Деян. 1. 14.

124. Четьи-Минеи 15 августа, повествование о успении пресвятой Богородицы.

125. Деян. 5, 15.

126. Блаженному Серафиму Саровскому.

127. Заимствовано из акафиста Божией Матери.